Виталий Гайдук: Я продал своим партнерам свою долю. Точка

18 Янв 2010 00:00

О выходе из металлургического бизнеса и продаже акций 'Индустриального Cоюза Донбасса' - один из его основателей, а ныне руководитель группы советников премьер-министра Украины Виталий Гайдук.

Виталий Анатольевич, можете ли вы подтвердить факт продажи 50% + 2 акции ИСД?

Я могу подтвердить, что моя семья продала все принадлежащие нам акции компании ИСД нашим партнерам: господину Таруте и господину Мкртчану. К последующим сделкам я не имею никакого отношения.

Когда была совершена сделка?

Сделка длилась два года, и завершили мы ее 30 декабря. В четвертом квартале 2007 года я сказал партнерам, что хочу выйти из бизнеса, и подписал соответствующие бумаги. По нашему корпоративному соглашению, у них появилось преимущественное право в выкупе моей доли.

Как это соглашение регулирует отношения в корпорации?

При наличии трех акционеров кроме уставных соглашений в компании всегда есть и корпоративное соглашение, потому что при равных акционерных долях у нас возникает конструкция, которая отличается от общепринятых правил. У нас было предусмотрено, что большая часть вопросов принимается консенсусом. Для принятия решения есть условие - поддержка более 70% голосов, но по сути дела решение не может быть принято без общего согласия. Допустим, на обсуждение выносится некий вопрос, а решения по нему нет. Возникает 'тупиковая ситуация' - deadlock. Как из нее выходить? Когда кто-то один не согласен с остальными, он может предложить партнерам выкупить его долю, назначив свою цену. Если он ее завышает, партнеры могут предложить ему в ответ такое же право выкупить их доли. Или же они могут принять общее решение о продаже компании.

Как проходил данный процесс?

Поскольку у партнеров появилось право первыми приобрести мою долю, они письменно подтвердили это стремление. Это стадия номер один. Если бы в определенный срок данное право не было реализовано, то наступила бы вторая стадия. Поскольку мы исходили из идеи невраждебной продажи, то мог быть предложен перечень комфортных партнеров - потенциальных покупателей. Ведь в ситуации, когда у всех участников равные доли, при некомфортном партнере снова может наступить deadlock: решения не принимаются, потому что нет консенсуса. Если бы и эта стадия не завершилась результатом, тогда я смог бы продать свою долю кому угодно. Мы находились два года на стадии номер один. И я рад, что мои партнеры успели до 31 числа закончить сделку.

Учитывая длительность сделки, изменилась ли ее стоимость?

Да, кризис повлиял на конечную цену.

Известны ли Вам покупатели 50% + 2 акций ИСД?

В рамках двухлетней сделки длилась определенная процедура. Понятно, что Сергей Тарута и Олег Мкртчан искали партнеров, но я в этих переговорах не участвовал. Ранее были контакты с Алишером Усмановым. Были достаточно серьезные переговоры с 'Евразом', но кризис помешал закончить сделку.

По факту мои партнеры выкупили мою долю. Я действительно не был участником дальнейших переговоров, и о том, что пул инвесторов возглавил Александр Катунин, узнал из прессы. Состав конечных покупателей мне неизвестен, потому что это не моя сфера компетенции. Я продал своим партнерам свою долю. Точка.

Тем не менее некоторые СМИ сообщили, что среди покупателей присутствуют 'Металлоинвест' и 'Евраз'...

Я не уверен (хотя не могу утверждать), что за этим стоит Алишер Усманов либо 'Евраз'.

Была озвучена информация, что в сделку вошли только металлургические активы. Насколько это соответствует действительности?

Я продал свою долю в корпорации ИСД. Но есть еще ряд активов, которые не входят в корпорацию, хотя и связаны с ней тем или иным образом. Владение этими активами тремя акционерами может создать конфликт интересов, так как у корпорации ИСД другой состав собственников. По ним мы находимся в нормальном переговорном процессе, и если конфликт интересов будет, я думаю, что мы его решим.

Оцените шансы украинской металлургии в ближайшей и среднесрочной перспективе...

Потенциально она имеет очень хорошие условия для развития. Но есть плюсы и минусы. Украина расположена в центре Европы, поэтому мы имеем короткое транспортное плечо к рынкам сбыта. Плюс у нас очень небольшое расстояние с точки зрения доставки сырья к производственным мощностям и далее в порты. Это колоссальные преимущества, используя которые, при всех прочих равных условиях, потенциально мы можем иметь самую дешевую сталь, даже по сравнению с китайцами. А минус у нас один - качество сырья. У нас уголь худшего качества, природная руда худшего качества, то есть с меньшим содержанием железа. К тому же свои колоссальные преимущества мы убиваем за счет природных монополий: портов, железных дорог.

Порты у нас малотоннажные, а железная дорога имеет сумасшедшие тарифы, которые в пересчете на 1 тыс. км значительно выше российских. К примеру, в России лучше качество угля, руды (особенно в Курском бассейне). Но там и колоссальные расстояния. Посчитайте, сколько стоит от Магнитки везти продукцию до Дальнего Востока, Европы, Клайпеды. Если заводы стоят на Урале, значит, туда-сюда - по 4 тыс. км. И то же самое с сырьем. У них колоссальные недостатки с точки зрения транспортной составляющей. Но они эти свои недостатки очень умело ликвидируют: чем дальше ты везешь груз, тем меньше за него платишь. А мы - наоборот.

Огромный потенциал потребления металла имеет внутренний рынок Украины. Докризисное потребление Украины в расчете на одного жителя составило порядка 205 кг. В России - 329 кг, Беларуси - 225, Казахстане - 235, Евросоюзе (15 стран) - 464,7, Евросоюзе (новые члены) - 379, среди них Чехия - 745, Польша - 366,5, Словения - 751 кг. Ну и Южная Корея - 1190 кг, Китай - 321,1 кг.

Поэтому, безусловно, и потенциал есть, и перспектива. Но в реальной жизни реализовать все конкурентные преимущества полноценно оказывается очень сложно.

Новые обещания
FACEBOOK GROUP