«То, что из Ольги Шевелевой пытаются слепить какого-то агента, выгодно сотрудникам СБУ» - Василий Семашко, белорусский журналист

25 Апр 2016 12:39

Белорусский журналист Василий Семашко согласился рассказать о причинах  и обстоятельствах того, как ныне задержанная СБУ россиянка попала на территорию Украины.

Громкая история с задержанием диверсионно-разведывательной группы «Лесника» стала известна еще в декабре 2015 года. Сам «Лесник», он же Олег Мужчиль, разведчик добровольческого корпуса «Правый сектор» был ликвидирован украинскими спецслужбами. Среди членов его задержанной бригады оказалась гражданка России Ольга Шевелева, известная под псевдонимом «Хильда». СБУ Украины подозревают ее, как и шестерых других участников, в подготовке террористического акта в Киеве, а также в пособничестве  российским спецслужбам. Шевелевой грозит срок от 8 до 15 лет тюремного заключения в украинской тюрьме.

Белорусский журналист Василий Семашко согласился рассказать о причинах  и обстоятельствах того, как ныне задержанная СБУ россиянка попала на территорию Украины. Знакомство Василия с Ольгой состоялась еще до того, как Шевелева стала украинской «Хильдой». Его удивил довольно необычный и авантюрный характер Ольги, журналистки газеты «Страна Росатома». По словам Семашко, альтруизм Ольги обусловлен желанием поиграть в разведчика Штирлица, но никак не агентурным сотрудничеством с ФСБ. Более того, Василий уверен, что присвоение женщине статуса российского агента выгодно в СБУ Украины.
скачанные файлы (1).jpg

   - Расскажите о вашем знакомстве с Ольгой Шевелевой до того, как она стала бойцом украинского «Правого сектора» с позывным «Хильда»?

   - Летом 2014 года я получил по электронной почте сообщение от некой Ольги Шевелевой. Она представилась корреспонденткой российского издания «Страна Росатом» ведомства «Росэнергоатом».

    Скорее всего, она набрала публикации по теме «Чернобыльская АЭС» в интернете и там нашла ссылки на мои материалы. Большинство моих материалов по теме Чернобыля размещаются на сайте белорусского информационного агентства «БелаПАН». Она связалась с этим агентством и там дали ей мои контакты.

   Ольга интересовалась возможностью поездки на Чернобыльскую АЭС в качестве журналиста.

Безымянный.jpg1.jpg

   На что я ей ответил, что необходимо ехать автомобилем, желательно через территорию Беларуси, учитывая отношения между Украиной и Россией, которые в тот момент уже достаточно сильно обострились. Она сказала, что автомобиля у нее нет, и попросила помощи в организации поездки, поскольку у меня опыт посещения Чернобыля уже был. На что я сказал: «Бери меня с собой и оформляй разрешение на меня тоже». Разрешение нам было дано, чему я был приятно удивлён, учитывая отношения между Украиной и Россией. Через какое-то время она приехала с мужем ко мне в Минск. Муж остался в Минске. А мы с Ольгой отправились в Чернобыль.

   Из-за обострившихся к тому времени отношений между Украиной и Россией Ольга поначалу очень сильно нервничала. Сопровождавший нас гид рассказал, что СБУ тоже сильно беспокоится по поводу нашего визита.

   В Чернобыле решивший пообщаться с нами лично сотрудник службы безопасности сразу стал выражать Ольге претензии в отношении России. На что я объяснил, что если он хочет что-то конкретное сказать, пусть скажет, в чем Ольга конкретно виновата перед Украиной, а если хочет по делу - пусть общается со мной. Благо в Беларуси, из-за работы репортёром на всех уличных акциях оппозиции, у меня богатый опыт общения с такими людьми. СБУшник смутился, сказав, что «наболело в душе».

   В целом, отношение к нам в Чернобыле было довольно доброжелательным. И Ольге это понравилось. Приятно было и то, что Виктор Зализецкий - заместитель руководителя строительства нового НБК «Нового безопасного конфайнмента» (это новая арка, огромная стройка века), узнав о том, что Ольга из «Росэнергоатома», как коллега коллеге провел нам дополнительную очень познавательную экскурсию.

   - Может, вам удастся составить ее психологический портрет?

   - У Ольги есть склонность к глупой авантюре, которая проявилась во время пребывания в зоне. Ей хотелось непременно вывезти из Чернобыля какой-нибудь сувенир. Это по местным законам серьезное правонарушение. Я в шутку предложил: «Давай вывезем землю из Рыжего леса». Земля Рыжего леса – это одно из самых загрязненных мест в Чернобыле. Она загорелась этим желанием, на что я ей сказал, что вообще-то я пошутил. «Не дай бог нас на радиационном контроле поймают, учитывая отношения России и Украины, проблемы будут большие». Утром она говорит: «Ты знаешь, я долго очень думала ночью, как вывезти землю, и я придумала. Давай купим бутылку «Пепси-колы» или «Байкала» и поместим в бутылку мешочек, в который и насыплем этой земли. Таким образом, земля будет плавать в воде, которая задерживает излучение».

скачанные файлы.jpg

   Еще я заметил – у Ольги были все руки в мелких порезах, будто бы она резала себе вены. Из-за этого она носила длинную одежду, несмотря на жуткую жару – градусов под 40.

   Ольга родом из Санкт-Петербурга. Чувствовалось, что выросла в очень интеллигентной семье, вероятнее всего, творческих работников. На это обратила внимание и моя жена, когда Ольга была у нас в Минске. Позже, при знакомстве с её родителями, это подтвердилось – её родители профессиональные музыканты-классики, а отец ещё и композитор.

   У Шевелевой плохое зрение. Она постоянно носила контактные линзы. Из-за проблем с позвоночником пила дорогостоящие лекарства.

   Также обратил внимание, что она очень много курила.

   Ольгина публикация по итогам поездки свидетельствует, что журналистский уровень Шевелевой подходит больше для блога, чем для «атомного» ведомственного издания. Нам было предоставлено много очень интересной для атомщиков информации, а вместо этого в материале Ольги «Ольга Шевелева. Полынь на обочине» преобладали эмоции и личные впечатления. С сайта «Росатом» его впоследствии сняли, но он до сих пор находится на экологическом сайте – «Российский экологический журнал».

   Как выяснилось потом, работники Чернобыльской зоны передали Ольге обращение к россиянам с просьбой прекратить вражду, которое она опубликовала в «Новой газете»

- Наблюдали ли вы некую вражду в отношении украинцев? Сейчас Шевелеву обвиняют в пособничестве России, при этом называя ее кремлевским агентом.

   - Вражду? Скорее наоборот. После посещения Чернобыля мы заехали в Киев и остановились у моего бывшего коллеги.

   После чопорного Минска и такой же чопорной Москвы в Киеве чувствуется атмосфера свободы и романтики Майдана. Стояли палатки, оставшиеся с Майдана, вокруг ходили люди в камуфляжной форме. Кругом продавали сувениры и кофе, приглашали на экскурсии. Желающие могли открыто высказываться, критиковать Путина. В Москве такое невозможно. Вероятно, под впечатлением российского ТВ, вещавшего о бандеровцах, убивающих русских в Киеве,  Ольга поначалу очень беспокоилась, что мы говорим в центре Киева на русском языке, всерьёз полагая, что из-за этого могут быть проблемы.

   В разговорах с украинцами на Майдане Ольгу поразило доброжелательное отношение к ней, при том, что она признавалась, что приехала из Москвы. Чувствовалось, что она действительно прониклась симпатией и взаимным уважением к украинцам. Тогда на Майдане Ольга купила майку с надписью ПТН-ХЛО, которую не снимала до границы с Беларусью.

   Осенью 2014 года Василий по итогам поездки во Львов опубликовал дружественный по отношению к Украине журналистский материал «Львов накануне выборов. Вытирайте ноги», поделившись ссылкой с Ольгой.

   Ольга очень быстро поехала по его следам, о чём сделала материал в своём блоге, в котором она под псевдонимом.

   Псевдоним – для Ольги необходимость. В России любое дружественное высказывание в адрес Украины воспринимается как направленное против России. Ольга тогда работала в государственном СМИ «Росатома», и как известно, в любой стране мира атомная промышленность внимательно контролируется спецслужбами.

   - Как вы узнали о том, что Ольга собирается попасть в Украину? Рассказала ли она о причинах и целях своих намерений?

   Авторское замечание: Ольга знала, что Василий из тех людей, которые прыгают с парашютом, опускаются под лёд с аквалангом, регулярно ездят в Чернобыль.

   У Василия богатый опыт подобных переходов через границы в различных странах мира. Учитывая, что он живёт в Беларуси, он старается излагать так, чтобы было понятно, и одновременно невозможно привлечь его к ответственности за помощь Ольге в нелегальном переходе границы.

 Началось с того, что Ольга в письме поинтересовалась возможностью «незаметно» попасть в Украину из Беларуси.

  Шевелева приехала в Минск во второй половине марта 2015 года. При ней был небольшой походный рюкзак. Ольга сообщила, что хочет попасть в Украину, перейдя границу в укромном месте.

   Цель этого, по словам Ольги – желание собирать информацию из зоны АТО для своего блога. Как более опытный журналист, я пояснил, что проще и разумней было бы действовать в законном порядке, к примеру, сделав себе удостоверение «внешататника» «Новой газеты», и пообещал в этом помощь. В Украине, по отзывам коллег, работа со СМИ в зоне АТО хорошо налажена, и нет смысла нарушать законы. Кроме того, нелегальное пребывание в зоне АТО гражданки России может иметь для неё печальные последствия. В ответ Ольга поясняла, что отсутствие журналистской аккредитации якобы позволит ей добыть больше интересных и эксклюзивных материалов. Все это выглядело глупо, будто бы Ольге захотелось поиграть в разведчика. И хотя очевидно, что в таком статусе можно нажить только проблемы, переубедить Шевелеву было невозможно.

Безымянный.jpg

   Обратил внимание, что в разговоре Ольга стала употреблять такие нетипичные для москвички или питерки слова: «схрон», «боивка».

Предупредил, чтобы ни в коем случае не брала в руки оружия: «Если, не дай бог, в России тебя увидят с оружием, узнают, что стреляла, то по возвращению на родину могут возникнуть серьезные проблемы – не стоит недооценивать спецслужбы России».

   Наиболее благоприятным вариантом для нее стала бы работа волонтером в армейском госпитале. «Ты будешь ухаживать за ранеными, спасать жизни, ты услышишь интересные истории от непосредственно воевавших. За несколько месяцев ты соберешь материалов на очень интересную книгу. К тому же уход за ранеными не наказуем ни в одной стране мира».

   Ольга в ответ молча кивала.

  - Обладала ли в тот момент Ольга подозрительными приметами, явно или косвенно указывавшими на причастность к российским спецслужбам?

   В ответ Василий смеётся – была ли при ней радиостанция и секретные карты?

    - 35-летняя Ольга больше напоминала киношного пастора Шлага, переходящего границу Германии и Швейцарии. Чего только стоил ее внешний вид, когда она собиралась перебираться через границу в конце марта, когда в лесу кое-где лежит снег, и всё пропитано водой: черное драповое полупальто, кепка из такого же материала, и замшевые сапоги. Это собирает всю грязь и моментально промокает. В таком наряде хорошо гулять только по центру Львова, где  она напоминала бы классического «бандеровца» 1950-х годов. Она не понимала, что в 21-м веке в таком деле необходимы совершенно другая одежда и обувь.

   Ольга решила переходить границу ночью по лесисто-болотистой местности с мелиоративными каналами, купив для этого рыбацкие сапоги-комбинезон и лёгкий болоньевый камуфлированный костюм.

   Приобретать очень полезный в таких случаях спальный мешок она не стала.

   В то время ночи были безлунные.

   Когда я спросил, как ночью она собирается передвигаться в лесу в безлунную ночь, Ольга ответила, что будет ориентироваться по звездам.

Она явно знала, что такое темнота в лесу.

   Подросток-романтик, который играет в Штирлица или Мату Хари, учитывая её пол.

В Минске заставил её показать содержимое рюкзака. Половина рюкзака была набита тампаксами. Когда при нелегальном переходе границы «агент» набивает полрюкзака тампаксами, по-моему, это слишком для любой спецслужбы.

   У неё с собой не было даже перочинного ножа, но, как «настоящий разведчик», она имела НАТОвский компас.  И множество флешек. С собой Ольга взяла несколько записных книжек, с контактами ее друзей и знакомых. Например, «Михно»  из Львова или «Серж» из Санкт-Петербурга. Ноутбук, как призналась Шевелева, принадлежал изданию, в котором она работала. Сказала, что «вернёт позже».

   Я предупредил Ольгу: «Если ли бы я был молодым сотрудником СБУ и ты попалась ко мне с такой книжкой, то только из-за этой книжки ты просидела бы несколько месяцев в тюрьме, пока я проверял бы каждый контакт. И я бы сделал из тебя агента ФСБ, только чтобы получить звание, премию, и не поехать в АТО». Нелегалка –гражданка России в зоне АТО – идеальный кандидат на роль агента. Для СБУ ты просто обязана стать агентом ФСБ». В ответ Ольга хихикала, явно не осознавая, что я не шутил.

   Ольга рассказала, что придумала для родных легенду про то, что у неё якобы возникли какие-то проблемы, и она решила тайно какое-то время, пока всё не успокоится, пожить в Беларуси и отсюда периодически звонить им.

   Василий сказал, что границу Ольга пересекла успешно. Улыбаясь, предположил, что,   «вероятно, Ольге помог советом, и не только, опытный турист». И добавляет, что лично он линию границы не пересекал.

   - Как вы узнали, что она попала в Украину? Она сообщала о себе?

   - Ольга потом прислала  рассказ с фотоснимками о том, как она успешно перешла границу в районе города Коростеня, преодолев в рыбацком резиновом комбинезоне по лесисто-болотистой местности несколько заполненных водой мелиоративных каналов.

   Позже написала, что добралась до Харькова и остановилась в скромной гостинице, где не интересуются паспортом.

   - Когда родные Ольги забили тревогу?

  - Муж и родители Ольги обратились ко мне в середине апреля, поскольку, вероятно, я был единственный её знакомый в Беларуси. Звонил муж, родители, подолгу общались. Ее мать, Светлана Шевелева, сообщила, что у отца Ольги сильно ухудшилось здоровье и он едва жив от переживаний. Женщина жаловалась, что их семью беспокоят работники банков, где Ольга оформила небольшие кредиты перед своим отъездом. Муж рассказал, что жена прибрала к рукам семейные сбережения, которых хватило бы на несколько месяцев вперед. Ольгу искали и в ведомстве «Росэнергоатома», также беспокоя её родных. Пропажа любого сотрудника расследуется как чрезвычайное происшествие. 

Тогда я её родным ответил, что у меня нет информации. Неприятно было обманывать, но я надеялся, что Ольга сделает то, что обещала.
  Я написал Ольге о происходящем, попросил её успокоить родных. Ольга вновь пообещала, но, судя по поведению её родных, это не сделала. Тогда я написал Ольге, что если она не успокоит своих родных, я буду вынужден рассказать им правду, так как нет желания постоянно обманывать их. Сразу после этого Ольга прервала со мной общение.
  В итоге я честно рассказал её родным, что произошло с их дочкой. А мужу, который ещё жаловался, что Ольга оставила на него трёх своих кошек, посоветовал вместо такой жены поселить у себя двух студенток.
  В июне 2016 мать Ольги приехала ко мне в Минск. Очень интеллигентная женщина, от горя она не могла найти себе места, постоянно плакала. У нее было подозрение, что Ольга связалась с белорусской оппозицией, прячется и пишет материалы в интернете под вымышленными именами.
  Целый день убеждал её, что это не так. Беларусь – это самое плохое место, где можно прятаться россиянину.
   Не первый год по работе общаюсь с белорусской оппозицией. Уверенно утверждаю, что связаться с белорусской оппозицией – это тоже самое, что прийти с явкой с повинной в белорусский КГБ.
   С такой информацией мать Ольги уехала и больше не связывалась со мной.
  - Вы пытались найти следы Ольги в Украине?
  - Я предлагал родственникам Ольги найти её, поехав в Украину, если они будут финансировать поиски. Родные отказались.
  Об Ольге иногда вспоминал, как о чудаковатом, мягко говоря, человеке.
  В конце 2015 года решил посмотреть следы пребывания Ольги в Интернете. Перебрав различные варианты ключевых слов, в том числе и её различные никнэймы, обнаружил ее страничку в социальной сети «Вконтакте». Увидел комментарии, полные ненависти к России. Мне было сложно поверить, что это написала Ольга - российская гражданка, но убедился в этом, когда увидел ее фотографии на её страничке. Там же были снимки из Чернобыля, причём некоторые - которые лично сделал. Увидел фотографию своего радиометра-дозиметра. Там же есть фотоснимки интерьеров реакторного зала одной из АЭС, где Ольга была по работе. Последняя запись в аккаунте была сделана 10 декабря…
  Тогда решил написать Ольгиной маме. Сообщил, что мои коллеги в ближайшее время поедут в зону АТО и предложил ей через журналистов поинтересоваться судьбой дочери. На что Светлана ответила: «Ничем не нужно интересоваться». Из чего я сделал вывод, что мама Ольги о чем-то знает или же Ольга вернулась домой.  

   В Беларуси СМИ стараются давать мало информации о происходящем в Украине. Около 2 месяцев назад я узнал, что Ольга стала «Хильдой» и находится под арестом в Киеве за подготовку террористического акта со всеми вытекающими подробностями. В украинских СМИ косвенно звучат подозрения в том, что Ольга - агент российского ФСБ.

   - Зная Ольгу Шевелеву лично, можете ли вы быть солидарны с обвинениями против нее украинской СБУ?

   - То, что Ольга задержана сотрудниками СБУ - не что иное, как итог ее глупой игры в разведчицу. Маловероятно, чтобы она действовала осознанно как агент ФСБ. Нужно учитывать состояние ее здоровья и уровень навыков. Все эти кредиты, история с семейными сбережениями, с присвоением рабочего компьютера? Родители рассказывали, что их беспокоили с Ольгиной работы.

   Посудите сами: зачем российскому «агенту» Ольге размещать в открытом доступе фотоснимки АЭС, которые посещала по работе, фотоснимки с «Чернобыльской» поездки? По ним её легко идентифицировать. Если это получилось, не сильно напрягаясь, у меня, то наверняка у любой спецслужбы получится намного быстрее.

   - Но зачем взрослой 35-летней женщине играть в детские игры, притворяясь разведчицей «Хильдой», под угрозой возможного довольно серьезного срока тюремного заключения в Украине? Бросить семью, родителей, работу, чтобы получить на родине уголовное преследование, чтобы жить около линии фронта в условиях с минимумом удобств, не зная, что будет завтра. Зачем?

   - У Ольги была спокойная размеренная жизнь. С мужем жили в Москве в скромной, но своей квартире. Работала Ольга в «атомном» ведомственном издании – спокойная, даже скучная работа со стабильно высокой оплатой. Периодически командировки на АЭС, находящиеся в разных уголках огромной России, где атомщики умеют принимать журналистов «своего» издания из Москвы.

   Как рассказывала мать Ольги, девочка в детстве хотела стать музыкантом. Может быть, музыке научилась, но музыкантом не стала. Пошла в журналистику в газету «Росэнергоатома». Вероятно, хотелось быть журналистом - героем фильма Оливера Стоуна «Сальвадор», а вместо этого, как рассказывала сама Ольга, приходилось писать статьи о конкурсах детского рисунка детей работников АЭС. Писать не от того, что нравились такие темы. Чтобы писать о ядерной физике, как ни странно, надо изучать её не один год в институте. И после этого желательно поработать по специальности. Тогда не придётся писать о конкурсах детского рисунка.

   Думаю, что на желание Ольги круто изменить свою жизнь повлияла, как ни странно, российская украиноненавистническая пропаганда.

   Было заметно, как во время первой поездки в Украину Ольга боялась из-за того, что она «москалька». Но вместо обещаемой с экранов русского ТВ жестокой расправы она получала доброжелательное отношение.

   Вернувшись в Россию, где подавляющее большинство населения под влиянием мощнейшей пропаганды стали отрицательно относиться к Украине и украинцам, Ольга, вероятно, стала чувствовать себя чужой.

   Письмо от работников Чернобыльской зоны Ольга передала в «Новую газету», в которой оно опубликовано. Работник государственного «атомного» ведомственного СМИ тайно привозит послание из «вражеской» страны и передаёт его главной оппозиционной газете России. Для Ольги это почти что стать на один уровень со Штирлицем.

   После прочтения моего материала из Львова, Ольга решилась туда поехать. Для российского обывателя решение «москальки» поехать в «Бандерштадт»  - это «подвиг разведчика».

   Ольга сделала открытие, что «Бандерштадт» - это очень красивый европейский город с доброжелательными людьми и, что немаловажно, очень приятными для россиян (и белорусов) ценами.

   Но в её «открытие» на фоне мощной официальной пропаганды мало кто верил, и о своём «открытии» она могла написать только в блоге, который мало кто читает. Работая в государственном СМИ, открыто выражать симпатию к Украине чревато увольнением с работы.

   Из Львова Ольга с восторгом мне писала, как ходила в «Крыивку», как общалась с новыми друзьями.

   Думаю, на неё произвело впечатление количество волонтёров, помогающих армии, и призывы записываться в добровольческие вооружённые формирования. Для уставшей от скучной жизни, ставшей чужой в российском обществе Ольги это было призывом к действию. Её жизнь стала обретать новый смысл, появилась возможность самореализации.

   Ольга хотела стать музыкантом – не стала. Хотела быть журналистом – не получилось. Захотела стать бойцом Правого сектора – и попала в группу Лесника.

   Доброволец АТО Олена Билозерская, знавшая лично Ольгу и других участников уголовного дела,  пишет, что и в Правом секторе Ольга-Хильда была чужой, так же как и её земляк Павел Пятаков - Рагнар, являющийся соучастником по уголовному делу.

   У Ольги-Хильды проблемы со зрением и позвоночником, у Павла-Рагнара – проблема с речью, Ольга была фактически его переводчиком. Как рассказывает Олена, Ольга и Павел держались вместе, мало общались с другими бойцами ПС, почти ничего не рассказывали о себе, проводили много времени ночами в Интернете. Добавим к этому то, что они из России.

   Если назвать всё кратко – были там чужими. Таких людей увлечь за собой не сложно. Несколько душевных бесед о том, как очень талантливых людей не оценили бездарные руководители, а Олег Мужчиль - Лесник, наоборот, их ценит сильнее, чем других, и приглашает следовать за собой в благородном деле во славу Украины.

   А что за дело, кто стоит за этими делами, кто финансирует их – пояснять не стоит, сославшись на «военную тайну». 

  Устав в прежней жизни от скучной бытовухи, Ольга хотела бороться, хотела поиграть в разведку. Олег Мужчиль это понимал и предоставил Ольге то, чего она так хотела. Это ощущение собственной востребованности, значимости, и борьба, и игра в разведку. Одно дело на базе сидеть, выполняя работу по хозяйству или, в лучшем случае, часового, а другое дело – конспиративные квартиры с оружием и взрывчаткой в столице Украины, тайники, «пароли-явки». Ольге можно внушить, что её очень ценит, внимательно следит за её очень важным заданием сам начальник СБУ или ГУР – всё равно она не сможет проверить.

  Мне кажется, что Ольга стремилась стать похожей на революционеров 100-летней давности, молодых людей, часто со слабым здоровьем, которые, жертвуя собой и не только, творили историю.  Это чахоточный студент Гаврило Принцип, народовольцы-террористы России, ставшие героями романов Бориса Акунина.

 Перед уходом Ольги в Украину я говорил ей, что она идеальный кандидат на то, чтобы из неё сделали вражеского агента. Тем более, Ольга сама стремилась, по существу, стать агентом. Но, агентом-романтиком – не врагом для Украины.

   Умелая идеологическая обработка, и врагом Украины для Ольги можно назвать любого – от командира Правого сектора Яроша до президента Порошенко.

   Способна ли Ольга совершать теракты, в которых её обвиняют? Почитайте биографии всех маньяков-убийц – в подавляющем большинстве биографии самых обычных людей – серой массы общества. Получается, что теоретически маньяком-серийным убийцей может быть любой из нас?

   Террористы-народовольцы в большинстве были молодым образованным людьми из интеллигентных семей. Как Ольга-Хильда.  На этом основании, при желании можно объявить всех детей музыкантов-классиков потенциальными агентами-террористами.

   Олена Билозерская – экс-журналист, с 2014 года воюющая в составе Правого сектора, лично знакомая со всеми героями истории, не сомневается в длительном сотрудничестве Олега-Лесника со спецслужбами.

   Олена считает, что: «Если бы он понял, что имеет дело с "Альфой", он не стрелял бы в них. Он бы сдался и, вероятнее всего, вскоре был бы освобожден. Но "альфовцы" дождались, пока с прогулки вернется хозяйка квартиры с маленьким ребенком, перехватили ее, отобрали ключ от квартиры. Открыли этим ключом дверь и вошли. Вошли двое мужиков по гражданке. С оружием. А у Лесника автомат и большой боевой опыт. Действия отработаны на уровне рефлексов. По вооружённым незнакомцам, оказавшимся у него в квартире, он открыл огонь. Убил одного и ранил другого. Тот раненый успел открыть огонь в ответ и ранил Лесника. Уже после этого Лесник понял, имеет дело с «Альфой» СБУ, выбросил автомат, сказал, что сдается, просил вызвать скорую. Но его добили - убийства своих силовики не прощают. Видимо, ему сказали, что будут штурмом брать квартиру и уничтожат его - потому что он звонил своим знакомым, говорил, что ранен, что сдаваться не будет - прощался, в общем».

   Василий Семашко имеет другое мнение: «В таких отношениях те, кто начинают вести со спецслужбами свою игру и выходят из-под контроля, становятся опасными для государства и их стараются ликвидировать. Таковы правила игры в любой, даже самой демократической стране».

Задерживать Олега-Лесника смысла не было изначально. Задерживают, чтобы при допросах получить информацию. Судя по информации в открытом доступе, вся деятельность Олега-Лесника и его группы была под контролем, и получать от него какую-либо информацию не было необходимости. Вероятно, когда он начал свою игру, выступив против действующей власти, спецслужбы этому не препятствовали, дожидаясь удобного момента, чтобы было основание уничтожить его как руководителя группы террористов. Ради этого можно было позволить ему приехать в Киев с оружием и взрывчаткой, поселить его с соратниками на контролируемой конспиративной квартире.  Олега-Лесника надо было только уничтожать, так как в случае задержания он мог начать говорить о своих взаимоотношениях со спецслужбами.

   При уничтожении Олега-Лесника погиб подполковник СБУ. Цинично выражаясь, счёт 1:1. Ни одна спецслужба в борьбе с террористами «ничьей» не желает.  

   Считаю, что при оценке степени вины Ольги следует понимать, что она была в роли преданного командиру бойца, готового выполнить все его приказы. Замыслы, планирование, руководство действиями – это была «забота» Олега-Лесника. Ольга – только преданный исполнитель и не более. Исполнитель, который свято верит, что всё, что она делала, делала по указанию командования украинского ГУР и во благо Украины.

   Судя по информации из открытого доступа, основой обвинения является только то, что Ольга-Хильда являлась подчинённым Лесника. Задержали её на улице без оружия, каких-либо противозаконных действий она не совершила и возможно, не планировала.

   Вариантов развития дела два. Первый – признать, что Ольга – подчинённая затеявшего свою игру со спецслужбами Олега-Лесника, которая сама ничего противозаконного не совершила.

   Второй вариант - постараться сделать из неё агента любой враждебной спецслужбы и несостоявшуюся террористку. Но, учитывая её гражданство, как покинула Россию и статус пребывания в Украине, понятно, что если она и могла быть агентом, то агентом только спецслужб Украины, работающая под страхом депортации на родину.

 

Кардаш Инна, специально для Потитрады

 

 

 

 

 

Новые обещания
FACEBOOK GROUP