Решают деньги: Уголовные производства о финансировании терроризма превращаются в дела об уклонении от уплаты налогов

7 Июн 2016 23:53

Чтоб вы понимали разницу, за финансирование терроризма предусмотрена ответственность в виде лишения свободы на срок от 8 до 15 лет, в то время как максимальное наказание за фиктивное предпринимательство - от 3 до 5 лет лишения свободы.

Sergii Ivanov


Утренний привет от бывшего коллеги из прокуратуры. Военная прокуратура под управлением Анатолия Матиоса превратилась в коммерческое предприятие с практически неограниченными полномочиями, которые распространяются далеко за пределы зоны АТО. Военка контролирует все конвертационные центры в зоне АТО и на прилегающих территориях, все виды траффика с оккупированной территории и обратно, а сейчас ей передали производства по Януковичу и его окружению, о чем Матиос написал мне в личке, но затем забанил и удалил сообщения (см. пост ниже).

Уголовные производства о финансировании терроризма превращаются в дела об уклонении от уплаты налогов (212 УК), служебный подлог (366 УК) и фиктивное предпринимательство (205 УК) путем нехитрой валютной транзакции между подозреваемыми и сотрудниками военки.


СБУ 1.jpg


Чтоб вы понимали разницу, за финансирование терроризма предусмотрена ответственность в виде лишения свободы на срок от 8 до 15 лет, в то время как максимальное наказание за фиктивное предпринимательство - от 3 до 5 лет лишения свободы, за служебный подлог - от 2 до 5 лет, хотя я тоже не помню, чтобы по этим статьям кто-то получал реальный срок. То же касается и уклонения от уплаты налогов. Несмотря на внушительную санкцию части 3 этой статьи (от 5 до 10 лет), я не могу припомнить приговоров с реальным сроком, а тем более по делам, расследованием которых занималась военная прокуратура.

Все, что делает военка, - это бизнес. Упомянутого в сообщении Диму Борзых я хорошо знаю. У меня с ним теперь уже, видимо, были нормальные рабочие отношения, хотя, насколько мне известно, он из Луганска в Киев на BMW "купе" за 90 тыс. $ переехал, с должности заместителя прокурора Ленинского района. Я бы, возможно, и не говорил об этом из соображений ситуативной целесообразности, но то, что они творят, явно вышло за пределы вменяемости. Оперативники НПУ или СБУ постоянно жалуются на то, что военка продает все, что им удалось собрать по террористам. Мое обращение к тому же Борзых, который де-факто является правой рукой Матиоса, о вымогательстве сотрудником СБУ денег с одного из предприятий в зоне АТО оказалось слито, а вымогательство продолжается. Володимир Грищенко, поправьте меня, если что-то изменилось.

Военный прокурор АТО Кулик - коррупционер и мздоимец, занимающийся, помимо бизнеса, преследованием наших воинов. НАБУ покрывает Кулика, происхождение активов которого до сих пор покрыто тайной.

Єгор СоболєвПавло Костенко, нет времени на медленные танцы, поэтому официальные обращения писать не буду, но прошу ваши комитеты сделать официальные запросы по поводу производств, находившихся в производстве военной прокуратуры, постановленных по ним приговоров, чтобы можно было провести анализ судебной респрессии и посмотреть, как и кого на самом деле преследует государство, олицетворяемое военной прокуратурой, а также по поводу остатка производств - это важно, потому что самые "жирные" дела - долгоиграйки контора оставляет у себя в виде своеобразного депозита.

На сегодняшний день военная прокуратура является угрозой национальной безопасности, и если её не остановить, то, я боюсь, Матиосу не поможет ни жена-миллионщица, ни племянник- внезапный начальник "Укравтодора", ни бронированные стекла. Он превратил свое ведомство в коммерческое НКВД, люди это видят и понимают. А с учетом специфики рода занятий этих людей, я вполне могу прогнозировать самое неблагоприятное развитие ситуации. Юрій Луценко, я не нагнетаю. Немедленно увольте Матиоса и его окружение.









Новые обещания
FACEBOOK GROUP