Pro&Contra: о чем говорит втягивание Украины в скандал с «Панамскими документами»

4 Апр 2016 23:07

И насколько серьезными, по мнению экспертов, будут последствия для президента Петра Порошенко лично.

Разгоревшийся 3 апреля скандал вокруг публикации так называемых «Панамских документов» не только взбудоражил общественность, но и заставил экспертную среду пересмотреть свое отношение к механизмам обслуживания активов в Украине и за ее пределами. 

По мнению опрошенных Forbes аналитиков, произошедшее наталкивает на мысли о том, что публикация расследования вряд ли изменит модели использования теневых финансовых инструментов: основными бенефициарами офшоров останутся властьимущие. Вместе с тем вопрос защиты крупных бизнес-активов – даже без привязки к фамилиям и должностям их владельцев – для Украины остается открытым. Это предоставляет дополнительные возможности для политических манипуляций и экономического давления.

Ярослав Ломакин, владелец Honest & Brigh Ltd.

Pro&Contra: о чем говорит втягивание Украины в скандал с «Панамскими документами»

Уже несколько лет в мире наблюдается тенденция к повышению прозрачности финансовых потоков. Можно ли считать скандал с раскрытием списков панамских компаний, обслуживающих политиков и бизнесменов, частью этой тенденции? Отчасти, да, но сам процесс установления прозрачности является нелинейным.

Предполагается, что жизнь человека в современном мире прозрачна со всех сторон. Но такая модель возможна только в обществе, которое может позволить себе полную прозрачность. Если государству видна вся подноготная населения, было бы логично, чтобы население тоже имело полный доступ к информации о тех, кто государством управляет.

В странах с малостабильным уровнем общественных отношений и слабым общественным договором, таких как Украина и другие государства постсоветского пространства, эти правила не работают. Потому что, с одной стороны, тот же Петр Порошенко декларирует активную борьбу с офшорами, и многие украинские политики используют эту тему для разогрева общественного резонанса. Но самыми активными клиентами офшоров являются Юлия Тимошенко, Павел Лазаренко и другие украинские политики. Все наши зернотрейдеры, экспортеры и так далее – являются клиентами офшорных структур.

Важно отметить, что в работе с Панамой или Британскими Виргинскими островами нет ничего экстраординарного. У Порошенко, для реструктуризации сделки по Roshen, было зарегистрировано несколько офшоров в Британских Виргинских островах. Компания, которая регистрировала их – панамская. БВО имеют очень хорошее законодательство, позволяющее работать не просто торговым компаниям, а холдингам, привлекать средства, устраивать фонды, выпускать ценные бумаги, и так далее. Они хороши для накопления и хранения активов.

Работа через такие компании абсолютно законна – все офшорные фирмы создаются с законодательным обеспечением. Это просто удобный для бизнеса инструмент, и у общественности вопросы могут возникать только к целям его использования. Но незаконно можно использовать и простые доллары, пригодные как для покупки путевки, так и для финансирования терроризма. Негативное отношение к офшорам сформировалось только по той причине, что чисто статистически за историю человечества накопилось много примеров использования налоговых гаваней в неблагонамеренных целях.

Претензии к Порошенко обоснованы разве что тем, что он не выполнил свое обещание продать Roshen. Наивно думать, что недоброжелатели не найдут, за что уцепиться, когда Порошенко продаст свою компанию

Даже в скандале вокруг «Панамских документов» общественный резонанс вызван не юрисдикциями компаний-фигурантов, а известностью их владельцев. Борьба ведется против них. Причем в случае с Порошенко, на мой взгляд, делается это достаточно нелепо. О нарушении закона можно говорить лишь с формальной точки зрения. Если сравнивать его с отключением света пенсионерам за задолженность в условных 85 гривен, тогда обвинения могут показаться обоснованными. Но с точки зрения глобальных контекстов это лишь кусание за хвост. И не самого гаранта, а его организации.

По большому счету, это банальное обливание президента грязью. Претензии к Порошенко обоснованы разве что тем, что он не выполнил свое обещание продать Roshen. Это большой актив, в который легко попасть, ведя информационную войну. Начинаешь копать по поводу Roshen – и ты уже разоблачитель президента. Наивно думать, что недоброжелатели не найдут, за что уцепиться, когда Порошенко продаст свою компанию. В ход пойдут мелкие пороки, лабутены жены и так далее.

Глобальными последствия всей истории с «Панамскими документами» будут только для тех, кто владеет попавшими в скандал компаниями. Транснациональные компании, являющиеся основными потребителями офшорных схем, от них не откажутся. Яркий тому пример – оптимизация налогообложения Google в Великобритании с использованием юрисдикции Ирландии.

В будущем транзакционные издержки на содержание схем по оптимизации налогообложения и защиты активов будут увеличиваться. Однако это будет вследствие экономических причин. Сам по себе офшорный сегмент мировой экономики не претерпит значительных изменений. Все схемы, пользовавшиеся популярностью у бизнеса ранее, сохранят свою привлекательность.

Единственную поправку приходится делать на конфиденциальность. Офшорные схемы будут доступными, если бизнесмен готов декларировать свое имущество. Тем же, кто хочет что-либо скрыть, придется либо начинать платить налоги, либо надеяться на невнимательность контролирующих органов. 

Александр Ситухо, председатель совета директоров Ассоциации защиты активов

Pro&Contra: о чем говорит втягивание Украины в скандал с «Панамскими документами»

Прежде всего интересны последствия этого скандала для действующего украинского президента. Особенно учитывая, как был подан факт его офшорных операций – на контрасте с «Иловайским котлом», в котором оказались украинские военные как раз в тот период, когда Петр Порошенко готовил бумаги для открытия «офшорки» на Виргинских островах. Это манипулятивная составляющая, нацеленная на прямую дискредитацию президента.

Военный контекст тут был использован для упрощения послания, его донесения и создания негативной ответной реакции у соответствующей целевой группы. Достигнет ли составляющая своей цели – сомнительно. Ни для кого и так не секрет, что Петр Порошенко не прекращает заниматься бизнесом на протяжении всей своей каденции, несмотря на все обещания выйти из бизнеса. Сами же открывшиеся обстоятельства, даже при поверхностном их анализе, не тянут на значимое правонарушение, за которым могут последовать какие-либо серьезные правовые последствия.

Но еще более интересен другой момент. Скандал показал, что уровень защиты активов Порошенко не соответствует ни масштабам его бизнеса, ни политической активности. Даже у Виктора Януковича с этим все обстояло несравненно лучше. Последний тезис подтверждается неутешительными для украинских правоохранителей результатами попыток конфискации активов бывшего президента, а также снятием с него международных санкций.

В случае с Порошенко мы видим попытки использования таких устаревших инструментов и подходов защиты активов, которые сейчас недопустимы для бизнеса даже гораздо меньших размеров. Компания из юрисдикции, вышедшей из употребления с десяток лет назад, личное участие в качестве акционера, использование услуг крупного офшорного провайдера со скандальной репутацией и т.д. – явные недочеты. Их, конечно, можно списать на некомпетентность консультантов, обслуживающих Порошенко. Этим сейчас как раз и занимаются наши коллеги, особенно те из них, что намерены претендовать на часть клиентуры Mossak Fonseca, которому теперь пришел уже очевидный конец. Но только этого объяснения недостаточно.  

Мы исходим из предположения, что политическое лицо такого уровня не может выполнять свои функции без должного уровня безопасности. Это понятно. Безопасность в этом случае включает в себя не только физическую непрекосновенность первого лица, членов его семьи, которую обеспечивают соответствующие государственные структуры. Безопасность также включает защищенность собственности, активов  первого лица, и не столько от какого-нибудь «враждебного поглощения» – на этом уровне это маловероятная угроза. Более важна возможность манипуляций, влияния на решения политического деятеля путем создания угроз или преференций для его собственности.

Сценарий всегда один: действующее официальное лицо переводится из категории добропорядочных в состав сомнительных, не пользующихся протекцией. Это служит сигналом для многочисленных конкурентов, прежде всего политических

Наивно полагать, что среди украинских политиков любого уровня есть те, кто достиг такой степени отрешенности, что судьба непосильным трудом нажитых «заводов, газет и пароходов» их не беспокоит. Именно поэтому столь значимым должен оставаться факт наличия Липецкой фабрики среди активов президента Порошенко. Это не просто предприятие, оказавшееся на территории страны-агрессора, это инструмент влияния. Является ли этот инструмент потенциальным или актуальным – большой вопрос.

Теперь обратим внимание на то, что до последнего времени у Порошенко не было проблем с защитой активов, несмотря на крайне низкий уровень используемых инструментов. Это может означать, что недостаток защиты восполнялся за счет других, внешних ресурсов. Некто обеспечивал безопасность бизнеса президента, давая тем самым ему возможность заниматься политической деятельностью.  

Но вот настало 3 апреля, день «Панамских документов». Массированный вброс информации об офшорных компаниях украинского президента, идеологическая упаковка этого вброса, заявления о том, что «слепой траст» Порошенко – не более чем его фантазия, постановка его фамилии в один ряд с другими фигурантами скандала, прежде всего Путиным, наводит на простую мысль. Действующий президент Украины ныне лишен внешней защиты своих активов либо в процессе такого лишения. Абонемент в клуб аннулируется.

Тут уместно вспомнить еще пару фактов. Во-первых, пресловутую статью в NYT, в которой Порошенко обозвали «продуктом старой системы», а Украину «коррупционным болотом», куда нельзя больше сливать деньги. Реакция Порошенко, назвавшего эту статью частью гибридной войны, известна и объяснима. Была проведена крайне неприятная аналогия. Аналогия эта не только с Януковичем, крах которого начался с публикаций о схемах владения «Межигорьем», но и с Ющенко. У последнего проблемы начались с публикаций о необъяснимом достатке его близких родственников. Сценарий всегда один: действующее официальное лицо переводится из категории добропорядочных в состав сомнительных, не пользующихся протекцией. Это служит сигналом для многочисленных конкурентов, прежде всего политических. Дальнейшее может быть только вопросом времени.

Новые обещания
FACEBOOK GROUP