Новая монетарная реальность: Кабмин Гройсмана и Нацбанк Гонтаревой

18 Окт 2016 18:40

Возможна ли между ними стратегия взаимодействия «Win-win»?

Прихода «правительства технократов», которого так ждали представители либерально-ориентированных «инвестбанкирських» кругов в Украине, не произошло. Кабмин Владимира Гройсмана выглядит как частично обновленное правительство Арсения Яценюка − это компромисс между основными группами влияния, и, следует сказать, весьма неоднородный компромисс. Но «камикадзе» − это не тот термин, который подходит Гройсману и его Win-команде.

Назначение бывшего главы Нацбанка Степана Кубива на экономический блок правительства, а известного реформатора Александра Данилюка − на Минфин открывает достаточно широкий и мощный канал взаимодействия в рамках так называемой смешанной (фискальной и денежно-кредитной) политики между исполнительной и монетарной ветвями украинской власти. Это хорошо, но вопрос о возможности принятия парламентом ряда законопроектов, необходимых для реформирования финансового сектора и банковского возрождения, весьма проблематичен. Это подтверждается очередным провалом голосования на прошлой неделе обоих законопроектов − и правительственного, и депутатского − о реструктуризации валютных кредитов, которые не набрали нужного числа голосов.

Теперь − для завершения трансформации институциональной структуры центробанка − нужно как можно скорее назначить Совет НБУ путем утверждения соответствующего постановления ВР, которое уже внесено на рассмотрение профильным комитетом ВР, и подписать наконец указ президента о его четырех кандидатурах в новый состав Совета Нацбанка. Этот важный вопрос не разрешается с сентября прошлого года − дольше, чем длились украинские политические игры «Премьериада-2016».

Старт для нового правительства как для бизнес-проекта достаточно удачный по времени. Галопирующая инфляция в Украине первой половины 2016 года уже затухает сама по себе на фоне жесткой денежно-кредитной политики Национального банка и падения покупательской способности населения. К описанной нами в 2014 году «3D модели» развития украинского кризиса − «девальвация-дедовериезация-десуверенизация» добавился в конце 2015 года самостабилизирующий четвертый «D-фактор»: дезинфляция.

В экономику деньги из банковской системы почти не поступают, вращаясь на новосозданном многомиллиардном рынке депозитных сертификатов. Валютный рынок находится в ожидании дальнейшего направления движения курса − прогнозные модели расходятся в обе стороны: до 23 грн/$ или до 30. Будет ли еще продолжение трагедии банкопада в 2016 году, или же на теме «Крещатика» зачистка и передел банковского рынка закончатся? Начнется ли постепенное восстановление доверия вкладчиков и юридических лиц к банковской системе − это основной вопрос в треугольнике между Кабмином, ФГВФЛ и Нацбанком на вторую половину 2016 года.

Но нужно понимать, что мы продолжаем двигаться в нисходящем долгосрочном тренде: кризис 2008 года до сих пор не преодолен, он отличается затяжным характером и слабостью национальных государственных институтов. То есть последний цикл спада экономики продолжается уже почти восемь лет.

Нужен качественный рывок в новую монетарную реальность − с гривной как свободно конвертируемой валютой, низкими процентными ставками и расширенным кредитованием национального товаропроизводителя, а не физлиц-потребителей импортных товаров и услуг, все больше дорожающих при раскрутке следующего витка девальвационно-инфляционной спирали

Снижение деловой активности на зарубежных рынках ограничивает экспортные возможности отечественных товаропроизводителей. Однако несмотря на закручивание административных «гаек» на украинском валютном рынке, ограничение экспортных возможностей украинского бизнеса вследствие рецессии на зарубежных рынках ставит под сомнение тезис о необходимости дальнейшей девальвации гривны. Исследования CMD-Ukraine показывают, что девальвация гривны как средство поддержки экспортеров не может активно использоваться при сжатии зарубежных рынков и является неэффективной для национального капитала при продаже внутренних активов в процессе приватизации.

Поэтому валютная либерализация и отмена декрета 1993 года (Декрет о валютном контроле, согласно которому необходимо официальное подтверждение права на вывоз валюты. – Forbes) должна быть быстрой. Здесь надо действовать настойчиво и слаженно всем: правительству, НБУ, Верховной раде и бизнесу. Нужен качественный рывок в новую монетарную реальность − с гривной как свободно конвертируемой валютой, низкими процентными ставками и расширенным кредитованием национального товаропроизводителя, а не физлиц-потребителей импортных товаров и услуг, все больше дорожающих при раскрутке следующего витка девальвационных-инфляционной спирали.

Минфин должен наконец определиться с целями деятельности, направлениями реформирования и целесообразностью приватизации государственных банков и банков с государственным участием. Назначение всех 100% независимых директоров в наблюдательные советы 100% государственных банков, планируемое сейчас, − ошибка, которая плохо скажется на корпоративном управлении. Лишь когда государство продаст акции своих банков на 25%, тогда 25% голосов в наблюдательных советах должны получить представители новых миноритарных акционеров, но не раньше.

Государственный Банк реконструкции и развития и Экспортно-кредитное агентство, законопроект о котором уже практически готов ко второму чтению, являются критически важными для правительства, если оно будет реализовывать заявленную программу инфраструктурной перестройки и поддержки занятости, повышения энергоэффективности, децентрализации и развития общин, а также роста экспортной составляющей украинской экономики.

Экономике нужны высокие темпы роста на основе финансового форсажа реального сектора через институты развития, а не ожидание притока мифических прямых иностранных инвестиций во время большой приватизации, которая автоматически выровняет все дисбалансы, накопленные за последнее десятилетие. 2015 год мы уже упустили.

Национальный экономический прагматизм нужен Украине в форме адекватной вызовам времени новой модели конкурентоспособной украинской экономики, которая была бы способна обеспечивать на своей воспроизводительной основе сохранение и последовательное повышение стандартов благосостояния населения. А также стимулировать внутренний платежеспособный инвестиционный спрос, модернизировать основной капитал в различных секторах экономики, формировать долгосрочный финансовый ресурс в национальной валюте и обеспечивать ее стабильность.

Экономике нужны высокие темпы роста на основе финансового форсажа реального сектора через институты развития, а не ожидание притока мифических прямых иностранных инвестиций во время большой приватизации, которая автоматически выровняет все дисбалансы, накопившиеся за последнее десятилетие

Государственный экономический дирижизм основывается на современных пост-кейнсианских и райнертовских постулатах и предусматривает усиление роли государства как субъекта экономических отношений. Государство, и прежде всего правительство, для обогащения собственных граждан должно быть не только финансовым агентом (через бюджеты разных уровней), но и организационным партнером, − который «запускает» равные стартовые условия экономического волеизъявления для всех субъектов хозяйствования и обеспечивает для них прозрачные правила экономического поведения и гарантирует соблюдение таких правил.

Предлагаем, чтобы часть прибыли НБУ за 2016-17 года (так теперь весьма безграмотно указано в законе «О Национальном банке», но фактически это превышение доходов Нацбанка над его расходами, потому что центробанк не может иметь прибыли − если он не рассматривается как чья-то «бизнес-единица») стала источником наполнения уставных фондов новосозданных институтов развития, вместо выплаты Нацбанком фактически за счет госбюджета сверхвысоких процентных доходов коммерческим банкам по операциям с депосертификатами НБУ.

Если взаимодействие между правительством Гройсмана и Нацбанком Гонтаревой будет проходить в рамках национального экономического прагматизма с ремодернизационными элементами государственного дирижизма, а не только в строго ограниченных направлениях Меморандума с МВФ и либерально-рыночной парадигмы, мы сможем увидеть результаты реформ. Как и начало роста благосостояния граждан и рестарт украинского бизнеса из дна рецессии, потому что невидимая «рука рынка» за 2014−начало 2016-го уже привела к тому, что уже «не имеем даже того, что имеем», пишет forbes.net.ua

Если Win-Win взаимодействий не получиться, то структурный, валютный кризис и разрушительная дедовериезация в формате «все против всех» будут продолжаться, и тогда очевидной станет не замена фигур, а потребность в «перезагрузке системы».

Новые обещания
FACEBOOK GROUP