Мнение: Чего не понимает Кремль о бунте дальнобойщиков

3 Дек 2015 19:28

Чем больше будет конкуренция на элитном уровне за ресурсы, тем более тяжелыми будут последствия решений власти для простых граждан.

Чем больше будет конкуренция на элитном уровне за ресурсы, тем более тяжелыми будут последствия решений власти для простых граждан. А это значит, что потенциал экономических протестов будет нарастать, и на каком-то этапе они могут приобрести и политическую составляющую.

В России довольно редко случаются акции протеста, политического или экономического характера. Гораздо чаще протест или несогласие проявляются в художественных форматах (литература, искусство, арт-акции), ну вот взять хотя бы последний жест художника Павленского с поджогом двери в здании ФСБ, пишет Деловая столица

При этом и политические, и экономические протесты говорят не столько о субъектности протестующих и реальной перспективе изменения ситуации такими методами, сколько о том, что где-то в самой системе власти произошел сбой. Об этом же, кстати, говорит порой и чрезмерная демонстрация устойчивости власти. Скажем, те же сентябрьские местные выборы, на которых региональные элиты практически во всех регионах набрали 60 % и выше, - это не показатель сверхлегитимности центра и устойчивости системы. Это показатель того, что именно так ее устойчивость понимают местные элиты. В этом смысле для российской политической системы любое отклонение от "политической нормы" - будь то в сторону протестов или наоборот чрезмерной лояльности - это всегда вопрос о том, какой будет реакция власти (в случае демонстрации излишней внешней лояльности - заметит ли власть проблему вообще), это развилка разных возможных решений и действий.  

Внешняя сторона

Последним отклонением от "политической нормы" стал бунт дальнобойщиков, активно обсуждаемый вне России и практически не обсуждаемый внутри страны.

Напомню, что с 11 ноября в России проходят акции протестов водителей-дальнобойщиков. Причина - распоряжение правительства от 10 ноября обязать водителей большегрузных автомобилей с 15 ноября платить за пользование федеральными трассами. Контроль за всей процедурой (кто сколько проехал и, соответственно, должен заплатить - с поправкой на весовой коэффициент) планируется осуществлять при помощи системы "Платон", которую связывают с Игорем Ротенбергом (это сын миллиардера и давнего друга Путина Аркадия Ротенберга).

Закон о введении этой системы был принят еще несколько лет назад, однако водители надеялись, что в условиях кризиса вступление его в действие будет перенесено на какой-то срок. 

Надо отметить, что с момента начала акций власть пошла на некоторые уступки, пересмотрев суммы налога и штрафа за неуплату. Если вначале штраф за неуплату за проезд составлял 450 тыс. рублей, то после протестов был снижен до 10 тыс. рублей. Также пересмотрена и сама сумма тарифа. Изначально водители машин массой свыше 12 тонн должны были платить 3,7 рубля за километр, затем тариф сократили до полутора рублей, он будет действовать до февраля, а потом составит три рубля.

Параллельно власть перекрывает дороги для дальнобойщиков на Москву. А дальнобойщики, тем временем, провели координационный совет в составе 10 координаторов, представляющих более 20 регионов и городов России, и запланировали провести всероссийскую акцию протеста, в которой предварительно готовы участвовать около 1000 фур.

Но уже сейчас очевидно, что конфликт, в общем, исчерпан и не будет иметь активного продолжения. И, тем не менее, он показателен с разных точек зрения.

Фото: inforesist.org
Фото: inforesist.org

Внутренняя сторона

Протесты дальнобойщиков - это как раз тот случай, где интересно, как реагирует сама власть и какие потенциальные проблемы/слабые места обозначились в процессе. Из этой всей ситуации можно сделать несколько выводов, описывающих ситуацию в РФ в целом.

Во-первых, недооценка российскими властями происходящего в стране на уровне общества и разных социальных групп. Вообще это старая советская проблема - приносить в жертву идеологии общественные науки и изучение общественного мнения.

Именно поэтому такой ценностью в советское время обладал самиздат - дело не во взглядах, а в том, что западные исследования и литература заполняли вакуум концептов внутри СССР. Именно поэтому, во многом, развал Союза был не прогнозируем (не одиночными исследователями, а комплексно) внутри страны. Он рухнул, в том числе, и по причине отсутствия системных (единичные, опять-таки, были) фундаментальных исследований, позволяющих корректировать политику и экономику. Последствия перестройки на общественном уровне, вообще состояние общества, его запросы и т.д. изучались очень ограниченно и выборочно. Когда Михаил Горбачев объявил перестройку, проблема отсутствия истории и социологии как наук, как мягкой силы, как зоны изучения общественных процессов и их отображения на уровне концептов, начавшаяся задолго до перестройки, стала очевидна в полной мере.

Современная Россия зачастую рассматривает общественные науки как часть даже не идеологии, а пропаганды. А это означает, что в условиях экономического кризиса непонятно, когда и в какой момент любая, казалось бы, даже незначительная акция протеста, может обрести общероссийский масштаб. Раз власть не изучает объективные факторы - значит, она вполне может пропустить момент прихода реальной угрозы.

Во-вторых, медленная реакция властей на конфликт. Отчасти это связано с общей проблемой российских лидеров, которая называется политический волюнтаризм.

Дальнобойщики из Дагестана в своем видеообращении напомнили российским властям о Николае II, который был свергнут, потому что был не с народом. Есть и другие, более ранние примеры, из советского периода. Тот же Хрущев был отстранен от власти с формулировкой за "политический волюнтаризм", то есть решения, основанные на вере во всесилие административных и силовых решений и не опирающиеся на объективные факторы. Политический волюнтаризм - это не просто ошибочные решения и действия. Это решения, которые уводят проблемы от реальности, тем самым, вообще отодвигая перспективу их решения. Это когда многие проблемы не замечаются вообще.

Российские власти играют сегодня в войну, заменяя полностью внутриполитическую повестку дня внешнеполитической. Внутренняя политика как нечто самодостаточное практически исчезла.

Что касается той же проблемы дальнобойщиков, у российской власти были и есть все возможности подготовить общественное мнение, и, вместо того, чтобы круглые сутки говорить о "вселенских врагах" России - Украине, неасадовской Сирии, Турции, США и т.д. (список может быть бесконечен), часть эфиров могла бы быть посвящена кампании по необходимости введения этого налога. То, что возможное недовольство водителей-дальнобойщиков не воспринимается как проблема вообще, как раз и говорит о том, что виртуальная повестка вес больше преобладает над реальной. Реальная повестка исчезает.

В-третьих, социальный конфликт за выживаемость на фоне сокращения экономических ресурсов. Экономический кризис, который будет только нарастать в РФ (Запад, как мы знаем, не намерен ни отменять, ни даже смягчать санкции), неизбежно приведет/уже привел к конкуренции за ресурсы. А конкуренция за ресурсы - к социальным конфликтам, межгрупповым и внутригрупповым. То есть, и на низовом, и на элитном уровнях, и внутри этих групп.

Фото: obozrevatel.ua
Фото: obozrevatel.ua

Санкции Запада в отношении РФ довольно болезненно ударили по ближайшему окружению Владимира Путина, представители которого привыкли активно пользоваться крупными кредитами западных банков, и сейчас вынуждены эти деньги брать у государства. Глава "Роснефти" Игорь Сечин еще год назад обратился к правительству с просьбой предоставить кредит в размере 1,5 трлн. рублей из Фонда национального благосостояния. В этом смысле это еще одно доказательство того, что ставить задачу крупного геополитического масштаба, такую как перекройка политической карты мира, при отсутствии достаточного экономического ресурса и зависимости от Запада, - это, конечно, амбициозная цель, но нереализуемая.

Чем больше будет конкуренция на элитном уровне за ресурсы, тем более тяжелыми будут последствия решений власти для простых граждан. А это значит, что потенциально экономических протестов может становиться больше, и эти экономические протесты на каком-то этапе могут приобрести и политическую составляющую.  Те же протесты дальнобойщиков показали, что общество далеко не всегда связывает интересы крупного капитала с интересами государства. Дальнобойщики открыто говорят о том, что введенный дорожный налог имеет слабое отношение к ремонту дорог и экономике России вообще.  Они считают, что это коррупционная схема, созданная приближенными к президенту олигархами - поэтому Путин так медленно и реагирует.

На сегодня нет предпоссылок считать, что Путин готов, как когда-то Сталин, в процессе своих "реформ" симметрично уничтожать и нижние, и верхние слои как потенциальную угрозу власти. Действующий политический режим как раз больше похож на хунту - в смысле внеидеологической унифицированной группы из 5-10 человек, которая вынуждена выживать в условиях внешних и внутренних рисков, и выживать за счет других слоев общества.

Чем это угрожает российской власти?

Если обозначенные риски на каком-то этапе сойдутся вместе, есть вероятность, что политическая система РФ не сможет отреагировать и справиться с ними. А такой важный предохранитель от разрастания местных протестов до общероссийского уровня как большая территория, может больше не сработать. Условно говоря, 1 км хаоса (очагов, выпадающих из-под контроля власти) всегда уравновешивался и гасился 100 км порядка и стабильности. Из-за этого те или иные протестные настроения, политические или экономические, имели локальный характер и не перестали в общероссийские. С нарастанием внутренних и внешних вызовов и неадекватным/несвоевременным реагированием власти, перспектива потери контроля над ситуацией тоже возрастает. Рейтинг Владимира Путина высок. Но это не означает, что его всегда будет хватать для стабилизации ситуации.


Новые обещания
FACEBOOK GROUP